Глава 20 — Добро пожаловать на Счастливый Oстров!
Зазвучал весёлый голос стюардессы:
— Дамы и господа, наш самолёт начинает снижение к... угадайте куда! Пожалуйста, пристегните ремни. До ближайшего бара осталось всего несколько минут!
По салону прокатились свист, улюлюканье и аплодисменты.
Она умела развеселить пассажиров. Даже когда во время полёта просто развозила напитки, находила повод для шутки.
Соня тогда не сводила с неё глаз.
Вернее, с её шарфика.
Яркий, аккуратно завязанный на шее, он казался Соне самой красивой вещью на свете.
— Мам, я тоже буду стюардессой.
— Правда?
Соня задумалась.
— С шарфиком. И в шапочке.
— И на каблуках? — спросила стюардесса, протягивая ей шоколадку к яблочному соку.
Соня посмотрела на неё с восторгом.
— И на каблуках!
Она выпрямилась в кресле, гордо подняла подбородок и изящно переставила ноги, словно уже шагала по проходу на высоких каблуках.
Потом покачала головой.
— Но сначала мне надо научиться на них ходить.
Собачка одобрительно гавкнула, как будто уже видела эту картину.
Она путешествовала в переноске у ног хозяйки, сидевшей перед Соней, и, казалось, относилась к полёту гораздо спокойнее большинства пассажиров.
Соня заметила её ещё тогда, когда хозяйка устраивала переноску у своих ног.
— Здравствуй, Daisy!
Женщина удивлённо посмотрела на Соню.
— Откуда ты знаешь, что её зовут Daisy?
— Всех маленьких пуделяшек зовут Daisy, — наставительно объяснила Соня.
Женщина улыбнулась.
— А у тебя тоже есть Daisy?
— Нет. У меня есть Братец Кролик!
— Тогда передавай привет своему Братцу.
Соня вздохнула.
— Он спит в чемодане у папы.
— Daisy, а ты тоже любишь купаться?
Собачка подняла голову.
В ответ с лёгкой хрипотцой раздалось короткое«гав».
— Мам! Она сказала «да»!
— Очень вежливая собачка, — заметила Жанет.
С тех пор Соня время от времени заглядывала между креслами.
— Daisy, ты любишь гулять?
Собачка молчала. Наверное, прогулки на поводке её не радовали.
— А мороженое?
— Гав!
— Я тоже!
За иллюминаторами уже показался остров.
Жаркое солнце. Сильный ветер.
И то и другое здесь было неизменным. Даже в сезон дождей, когда короткие ливни появлялись без приглашения и исчезали, не успев толком познакомиться с островом.
Самолёт снижался над океаном.
Алан смотрел в иллюминатор.
Вода была совсем близко.
Слишком близко.
Очередной порыв бокового ветра слегка качнул самолёт.
Алан вцепился в подлокотник.
— Ты его сейчас оторвёшь, — заметила Жанет.
— Что?
— Подлокотник.
Алан разжал пальцы.
Самолёт снова качнуло.
Пальцы вернулись на прежнее место.
Жанет улыбнулась.
— Мы же каждый раз здесь садимся.
— Именно поэтому я знаю, чего ожидать.
Соня прижалась носом к иллюминатору.
— Папа! Мы сейчас в океан сядем?
— Надеюсь, нет.
— А почему?
— Потому что мы купили билеты на самолёт, а не на корабль.
Соня задумалась.
— А если самолёт умеет плавать?
— Тогда капитан нам об этом почему-то не сообщил.
Жанет тихонько рассмеялась.
Крыло качнулось ещё раз.
Океан промелькнул под ним.
Земля.
Полоса.
Удар колёс.
Рёв реверса.
Алан выдохнул.
По салону прокатились аплодисменты.
— Видишь? — сказала Жанет. — Всё прекрасно.
— Я и не сомневался.
Она посмотрела на его руку, всё ещё лежавшую на подлокотнике.
Алан убрал её.
Самолёт замедлил ход и свернул с полосы.
Весёлый голос стюардессы объявил:
— Дамы и господа, добро пожаловать в... надеюсь, вы ещё не забыли, куда летели! Местное время сейчас...
Пауза.
— Ой, да какая разница, сколько сейчас времени! Вы на Счастливом острове!
Салон взорвался смехом.
Собачка тоже подала голос.
— Мам, а почему она не сказала, сколько времени?
— Потому что мы прилетели на остров, где никто никуда не торопится.
— Даже в школу?
Жанет посмотрела на Алана.
— Особенно в школу, — сказал он.
— Алан!
— Что? Ребёнок спросил.
На острове действительно никто никуда не торопился.
Здесь царствовало вечное mañana — завтра.
Можно было договориться о чём угодно.
— Когда?
— Маньяна.
Наступало завтра.
Ничего не происходило.
— А теперь когда?
— Маньяна.
И всё же туристов здесь встречали с поразительной точностью.
Едва первые пассажиры начали покидать самолёт, в салон проскользнула команда уборщиков.
Они двигались быстро и слаженно.
Один закрыл шторки иллюминаторов, защищая салон от солнца.
Другой опустошал карманы кресел.
Третий протирал поверхности.
Коротко взвыл пылесос.
И умолк.
Один ряд.
Одна минута.
Следующий.
Алан невольно остановился, наблюдая за их работой.
— Что такое? — спросила Жанет.
— Они приводят самолёт в порядок быстрее, чем я успеваю выпить кофе.
— Я большая черепаха, — передразнила его Жанет.
— Я наслаждаюсь процессом.
Соня потянула Алана за руку.
— Пап, пойдём! Собачка уже пошла!
У выхода стояли капитан и бортпроводник.
— Спасибо экипажу!
— Спасибо!
— Прекрасного вам отдыха!
Соня уже выучила нужные слова.
Она остановилась перед капитаном, подняла голову и торжественно произнесла:
— Спасибо экипажу!
Капитан улыбнулся.
— Всегда пожалуйста, юная леди!
Стюардесса протянула Соне две шоколадки.
— Надеюсь, мы ещё полетаем с тобой в одной команде!
Соня просияла.
Алан взял её за руку.
Жанет шагнула следом.
И все трое вышли из самолёта.
Оставив время внутри.
Издалека донеслись мягкие металлические звуки.
Несколько переливчатых нот.
Пауза.
И снова — знакомая мелодия.
Соня замерла.
— Мама!
Она прислушалась.
— Папа!
И вдруг радостно взвизгнула.
— Они здесь!
Схватив родителей за руки, Соня потянула их вперёд.
Жанет и Алан переглянулись.
Только не это, — подумал Алан.
Но это было именно это.
В переходе играли трое музыкантов.
Стилпан. Гитара. Губная гармоника.
Алан узнал их сразу.
Они играли здесь и в прошлый их прилёт.
Тогда всё началось совершенно невинно. Соня остановилась послушать музыку.
Пять минут.
— Соня, нам пора, — сказал Алан.
— Сейчас, пап!
Прошло ещё несколько минут.
— Соня...
— Ещё немножко!
Музыкант за стилпаном заметил девочку, которая не сводила глаз с его инструмента.
Он улыбнулся и поманил её.
— Хочешь попробовать?
Соня обернулась к отцу.
— Папа! Можно?
Алан посмотрел на Жанет.
Та пожала плечами.
— Только осторожно, — сказал он.
Музыкант уступил ей место и протянул палочки.
Соня взяла их обеими руками.
Первый удар получился слишком сильным.
Алан поморщился.
Второй — тише.
Третий.
Четвёртый.
И вдруг из разрозненных звуков начала складываться мелодия.
Гитарист поднял голову.
Послушал.
Улыбнулся.
И осторожно подхватил ритм.
Гармонист добавил второй голос.
Соня продолжала играть, совершенно не замечая, что происходит вокруг.
Прохожие начали останавливаться.
Кто-то достал телефон.
Кто-то захлопал в ладоши.
— Браво!
— Вы только посмотрите на неё!
— Замечательно!
Соня играла всё увереннее.
Гитарист подмигнул гармонисту.
Тот ответил короткой музыкальной фразой.
А Соня, словно только этого и ждала, ударила по стилпану ещё два раза.
Музыканты дружно закончили.
Соня вскинула руки с палочками.
Алан успел сделать снимок.
Аплодисменты прокатились по переходу.
Соня удивлённо огляделась.
— А почему все хлопают?
— Потому что ты теперь знаменитость, — сказал Алан.
— Правда?
— Боюсь, что да.
Музыкант расхохотался.
— У неё настоящий талант!
Он представился Карлосом, пожал Алану руку и протянул визитку.
— Пришлите мне фотографию, хорошо?
Алан ещё раз посмотрел на снимок.
Соня с победно поднятыми палочками. Рядом улыбающиеся музыканты.
Совсем как настоящая группа.
И вот они снова стояли в том же переходе.
Те же музыканты.
Тот же стилпан.
И та же Соня, уже отпустившая руки родителей и устремившаяся к ним.
— Карлос!
Музыкант поднял голову.
На мгновение замер.
Потом расплылся в улыбке.
— Эй! Моя маленькая музыкантша!
Он помахал ей рукой.
Алан посмотрел на Жанет.
— Мы здесь надолго.
— Здесь веселее, чем у карусели, — ответила она.
— Интересная мысль.
Оглавление | Предыдущая глава: Миссис Ватсон | Следующая глава: Приехали!