Глава 9 — Воспоминания

Английская версия

 

Весь вечер дождь тихонько барабанил по окнам.

Не ливень.

Просто ровный дождь, размывавший огни города и делавший гостиную как будто уютнее обычного.

Жанет зажгла свечи, хотя электричество работало прекрасно.

— Для атмосферы, — серьёзно объяснила она.

Алан подозревал, что ей просто нравился свет свечей.

Именинный торт стоял посреди стола слегка набекрень.

Соня настояла на том, чтобы помочь его украсить.

— Современный асимметричный дизайн, — объявила Жанет.

Алан внимательно осмотрел торт.

— Похоже, он пережил землетрясение.

Соня, всё ещё облизывая лопаточку от крема, вздохнула:

— Папа, ты ничего не понимаешь! Он красивый!

Жанет немедленно кивнула.

— Ты ничего не понимаешь в современном искусстве.

Алан благоразумно капитулировал.

Потом Соня забралась на стул рядом с ним, держа большой белый конверт почти в половину собственного роста.

На конверте огромными разноцветными буквами было написано:

ПАПЕ

— Это я сама для тебя сделала! — гордо объявила она.

Алан поставил чашку и улыбнулся.

— Что это?

— Открывай!

Он поцеловал её в щёку.

Соня театрально закатила глаза.

— Папа! Быстрее! Я так старалась над этим подарком!

Алан улыбнулся.

— Я большая черепаха.

— Мы уже выяснили твой образ, — хмыкнула Жанет.

Он достал из конверта рисунок.

Над горизонтом пылало багровое заходящее солнце.

Серебряная дорожка света тянулась по воде к далёкому паруснику.

Ниже волны мягко накатывали на берег.

Жанет наклонилась ближе.

— Ты хорошо нарисовала, — опередила Алана Жанет.

Соня забралась к Алану на колени.

И гордо указала пальцем.

— Видишь, облака розовые, потому что я сегодня вся в розовом.

— А кораблик? — спросил Алан.

— Ему одиноко.

— Почему?

— Никто не дал ему имя.

Жанет обменялась с Аланом весёлым взглядом.

— А почему вода серебряная? — спросила Жанет.

— Я не нашла свой золотой карандаш. Наверное, он под диваном. Но папа сказал, чтобы я туда больше не лазила.

— Да, я помню, — сказал Алан.

— А почему солнце такое красное? — спросил он.

— Оно сердится.

— Сердится? На кого?

— На кораблик.

— А что кораблик сделал?

— Он не поймал ни одной рыбки. Он старался, старался. А теперь устал.

Соня посмотрела на маленький парусник.

— Кораблики тоже хотят спать.

Соня слезла с колен Алана и поспешила к своему месту, где её ждала щедрая порция любимого десерта.

— Кстати, дяде Нику очень понравился твой рисунок с ракушкой.

Соня гордо улыбнулась, не переставая есть десерт.

— Он повесил его у себя в клубе над диджейским пультом.

Соня на мгновение забыла о десерте.

— Правда?

— Правда, — заверил её Алан.

— Расскажешь, как ты его нарисовала?

— Карандашами, — ответила Соня.

Жанет слегка опустила голову, пряча улыбку.

Алан серьёзно кивнул.

— Это многое объясняет.

Соня продолжила есть.

— Ты нарисовала очень красивую ракушку.

— Мне понравился блестящий краешек.

— Перламутровый?

Соня кивнула.

— И волны тоже были красивые.

Соня обдумала его слова и отправила в рот ещё ложку десерта.

— Я не рисовала волны, — сказала она с набитым ртом. — Я их обводила.

Алан быстро переглянулся с Жанет.

— Они уже были там?

Она посмотрела на отца так, словно он не понимал чего-то совершенно очевидного.

— Нет, папа. Я их видела.

— Где?

— На рисунке.

— А цвет для волн ты выбрала очень красивый.

— Нет.

Соня вздохнула.

— Это были маленькие блестящие огоньки.

Её маленькие руки задвигались в воздухе, пытаясь объяснить то, для чего она ещё не знала слов.

— Маленькие блестящие огоньки.

Она указала на бумагу.

— Они мерцали вокруг ракушки.

— И твои волны были похожи на эти огоньки? — спросила Жанет.

Соня покачала головой.

— Нет. Настоящие огоньки были гораздо красивее!

— Понятно, — сказал Алан, хотя вовсе не был уверен, что понял.

Соня дочиста облизала ложку.

— А добавку дают?

— Да, как насчёт добавки? — спросил Алан.

Жанет улыбнулась и потянулась к блюду с десертом.

Позже, когда Соня отправилась наверх вместе с Жанет слушать сказки на ночь, Алан устроился на диване со своим подарком на день рождения.

Удивительно хорошо для пятилетнего ребёнка.

Жанет тихо вернулась, держа в руках книжку, которую так и не дочитали перед сном.

Она уютно устроилась рядом с ним и снова посмотрела на рисунок.

— Такое ощущение, будто она сама видела тот вечер, — сказал Алан.

Жанет сразу улыбнулась.

— Ты тоже о нём подумал?

Её взгляд потеплел.

— Мы сидели и смотрели на закат.

— Серебряная дорожка на воде.

— Парусник.

— Шум прибоя.

Она нежно прислонилась к нему.

— Ты обнимал меня.

— Было так спокойно.

Пока Жанет говорила, рисунок словно оживал перед глазами Алана.

— А потом ты сказал: "Это будет очаровательная малышка."

Алан повернулся к ней.

Он тоже помнил тот вечер.

Eagle Beach.

За месяц до рождения Сони.

Тёплый ветер.

Прибой.

Серебряная дорожка через океан.

Жанет в его объятиях.

И да…

Именно эти слова она тогда произнесла.

Она.

Не он.

Он запомнил это потому, что уже тогда тот момент показался ему странным.

Жанет нежно поцеловала его и прошептала:

— Да. Это будет очаровательная малышка.

Это «да» озадачило его ещё тогда.

Потому что он ни о чём не спрашивал.

Ничего не говорил.

А теперь Жанет улыбалась рядом, словно всё это время была совершенно уверена, что он произнёс те слова.

Алан внимательно посмотрел на её лицо.

Она ничуть не сомневалась.

— Ты уверена, что это сказал я?

Жанет удивлённо посмотрела на него.

— Конечно.

Потом тепло улыбнулась и коснулась его лица.

— И я до сих пор тебе за это благодарна.

Алан снова посмотрел на серебряную дорожку на воде.

Он всегда был уверен в собственной памяти.

Теперь он начал в ней сомневаться.

Оглавление  |   Предыдущая глава: Музейный уровень  |   Следующая глава: Просто пятница